Революция духа против реальности в стиле киберпанк

В суете повседневной жизни мы зачастую забываем о том, что нас окружает. Матрица современного общества постоянной погони за заработком и потребления не дает нам времени оглядеться и увидеть, куда же нас ведет данный образ жизни. Но, даже сумев оглядеться по сторонам, нам жутко признаться самим себе, что мы попали в новую для себя реальность, имя которой «киберпанк»..

Киберпанк в современной культуре

Слово «киберпанк» происходит от двух английских слов «cybernetics» - «кибернетика» и «punk» - «гнилье, отребье». Этот термин означает в современной культуре, в первую очередь, жанр научной фантастики, в которой описывается мир недалекого будущего. В этом мире будущего высокое технологическое развитие общества тесно соприкосается с глубоким социальным расслоением, нищетой, бесправием, преступностью и т.д.

Книги и фильмы в стиле киберпанк изображают общество, в котором вся мощь новых технологий используется государством, мега-корпорациями или синтетическими государства-корпорациями для подавления человеческой свободы. Гарднер Дозуа так сформулировал критерий жанра киберпанк: «High tech. Low life» - «Высокие технологии, низкий уровень жизни». Вторая часть критерия имеет в виду не только бедность, но и незащищенность, бесправие, бесперспективность. 

Мир в стиле киберпанк разделен чудовищной пропастью неравенства. Разделен, с одной стороны, на элиту – военную, политическую, финансовую, клерикальную – сконцентрировавшую в своих руках неимоверную власть. А с другой – на угнетаемое, бесправное население, уличное отребье, которое, не имея образования, средств и ресурсов, ведет борьбу за выживание. 

Неслучайно в фильмах в стиле киберпанк зачастую главным героем является лидер сопротивления, который возглавляет борьбу угнетенных корпорациями людей за свободу. Таковыми являлся Джон Коннор из фильма «Терминатор» и Нео из «Матрицы». Среди наиболее известных киберпанк-фильмов можно назвать такие как «Бегущий по лезвию», «Газонокосильщик», «Матрица», «Бегущий человек», «Терминатор» и т. д. 

Миры киберпанка

В большинстве киберпанк-фильмах мир изображен как темное, зловещее место, в котором Корпорация, Сеть, Матрица или Машины управляют каждым аспектом жизни людей. Гигантские транснациональные корпорации заменяют собой правительства, обладая могучей политической, экономической и даже военной мощью. 

Типичными элементами миров киберпанка являются высокотехнологичные машины и системы, городские трущобы в пост-апокалиптическом стиле, влиятельные мегакорпорации, мафия, криминальные сообщества, кибер-преступность(хакеры) и кибер-терроризм. При этом корпорации используют против порабощенных людей самые последние технологии подчинения и трансформации сознания, подавления воли, уничтожения живой силы.

Классические киберпанк персонажи являются маргиналами, отверженными, живущими за гранью, как правило, в безысходном будущем, в котором повседневная жизнь подверглась стремительным техническим изменениям, где существует вездесущая цифровая инфо- и техно-сфера и насильственные технологии модификации человеческого тела и сознания. Один из ведущих киберпанк-авторов Брюс Стерлинг пишет: «Все, что можно сделать с крысой, можно сделать и с человеком. А с крысой мы можем сделать почти все. На данный счет тяжело рассуждать, но это правда. И такое положение вещей не исчезнет, если мы закроем на них глаза. Вот что такое киберпанк».

Киберпанк-технологии в реальном мире

Но киберпанк в нынешнем мире является не такой уж экранной утопией. Дело даже не только в том, что социальная поляризация и разгул преступности существуют и в окружающем нас обществе. А в том, что ведущими государствами, корпорациями и элитами современного мира целенаправленно культивируются элементы киберпанка в общественно-политическом устройстве некоторых стран и целых регионов. 

Стоит взглянуть на сегодняшний Ближний Восток, Центральную Азию и Африку, да и на некоторые регионы России порой, как перед нами наяву предстанут ужасающие картины предельно поляризованного, коррумпированного, нищего, бесправного, угнетенного общества в лучших традициях киберпанка. И везде одна и та же картина – мощные политические, финансово-промышленные и военно-полицейские корпорации авторитарных режимов и раздавленное ими население. 

Бесправие, отчаяние и безысходность миллионов палестинцев – на фоне циничной, пресыщенной и бездушной корпорации израильской военщины. Вымирающая от голода черная Африка – на фоне роскошных дворцов вскормленных Западом диктаторов. Дезорганизованный и раздираемый перманентной гражданской войной Пакистан – в кольце жандармов Мушаррафа с атомной бомбой за пазухой.

Футуристические картины выросших посреди пустыни небоскребов Дубаи, Абу-Даби и Кувейта – на фоне полной деградации и разрушения мусульманской личности в трущобах Йемена и пустынях Сомали. Купающиеся в роскоши саудовские шейхи – на фоне умывающихся собственной кровью жителей Ирака и Афганистана.

Такое впечатление, что умма вообще потеряла чувство реальности, чувство ответственности за свою судьбу, волю к изменению собственного положения. Вместо всего этого исламский мир с упоением реализует написанный за океаном сценарий превращения его в полигон по обкатке новых технологий управления обществом в стиле киберпанк.

Матрица. Революция духа

Запад в отношении исламского мира вот уже несколько столетий реализует стратегическую программу по деформированию сознания мусульманского человека, по его отрыву от исконных ориентиров и ценностей, по разрушению его исторической памяти, по навязыванию чуждой культуры безудержного потребления и полного игнорирования интересов окружающих и будущих поколений.

Благодаря подобной политике западным странам удалось навязать азиатским, африканским, отчасти и латиноамериканским народам несвойственные их культурам стандарты и нормы, завести их в культурно-исторический тупик и тем самым заблокировать их развитие. Эта же участь готовилась и продолжает готовиться для России. Тому подтверждением является неожиданно откровенное признание ведущего киберпанк-автора Брюса Стерлинга. 

Он посетил Россию в 90-е годы, в период краха государства, разгула мафиозных группировок, чудовищного обнищания населения, хищнического обогащения олигархов. Стерлинг охарактеризовал тогдашнее положение дел в нашей стране как «наступивший киберпанк». Если он в картинках из жизни ослабевшей России усмотрел элементы киберпанка, то, интересно, как бы он назвал ту реальность, в которой пребывает сегодняшний исламский мир? 

Единственной же реальной силой сопротивления полному порабощению духа и сознания населения подопытных регионов являются искренне верующие и соблюдающие мусульмане. Революция духа против киберпанк-технологий подавления сознания набирает обороты. Лидеры этого нарождающегося сопротивления выйдут не из голливудских киностудий, а из тысяч и тысяч мечетей по всему миру…